Счастливчик


laws of the good child \ Roman

Гильдия:
Гильдия Авантюристов ( 1 год)
Гильдия Хаоса - 7 лет

Специализация:
Авантюрист для нищих.
У Счасливчика одни из самых низких цен среди Авантюристов и полное отсутствие разборчивости в заказах.

Сколько лет в Башне Эха:
10

Отличительные приметы во внешности:
С лицом Счастливчику, по общему мнению, сильно не повезло. Многие признаются: смотреть на него физически тяжело, а впечатлительным почти невыносимо. И дело не только в страхе, хотя не без него. В Башне Эха хватает странных созданий, чтобы привыкнуть к причудливым обликам, но одно дело  необычность, и совсем другое вид, напоминающий открытую рану.
Больше всего, как говорят, тревожит отсутствие кожи. Обнаженная плоть кажется болезненной, уязвимой, и у возникает ощущение, что любое прикосновение и движение должно причинять ему мучительную боль.
Отдельно обсуждают и его глаза. Не за красоту естественно. Воспаленные красные лопнувшими сосудами , лишенные век, они не мигают и не дают взгляду «передышки». Кто-то называет их мёртвыми, другие пустыми как у монстр, и все сходятся в одном: выдержать этот взгляд весьма непросто.
Его «улыбку» тоже часто вспоминают. Хотя, как замечают, улыбкой это назвать сложно, губ то нет, лишь обнаженные десны и крепкие желтоватые зубы. Поэтому даже в покое его лицо воспринимается как оскал.
Забыть Счастливчика  невозможно. В толпе благодаря своему внешнему виду он выделяется сразу, как потерпевший среди здоровых.
Кстати его не редко поэтому пытаются спасти или отвести к лекарю, не зная что это его обычный внешний вид и лечить здесь не чего.
Про Счасливчика говорят:
Мёртвый, застывающий взгляд
Хриплый, сорванный голос, едва слышный,
Обнаженная бордово-алая плоть под тонкой коркой сукровицы,
... И конечно тихий хруст сопровождающий его при любом движении, когда подсохшая поверхность плоти ломается и под ней проступают коричнево бордовые капли гнилой крови.

Еще почти все отмечают примечательный запах от его тела:  густой, приторно-сладкий аромат ванили.

Репутация:
В Гильдии Хаоса ходит странный слух: в своё время Зверь якобы пытался убить его лично. И не один раз. Но Счастливчику удивительным образом всегда удавалось с ним разминуться — то срочные дела, то внезапные помехи, то обстоятельства, которые упрямо не складывались в нужный момент.
Собственно, так он и получил своё имя — не сразу и не по собственной инициативе.
Поначалу Счастливчик вообще не разговаривал. Немногие помнят, что, появившись в Башне Эха в первой волне, он почти не отличался от тварей, поджидавших новичков за стенами Города. Он бросался без причины, рвал на куски, пытался есть живьём и издавал бесконечное неблагозвучное «уууу», не утруждая себя более сложными способами общения.
Уговорить его было невозможно.
Разжалобить — тем более.
Хуже всего было то, что убить его тоже не получалось. При всём его виде,  таком, будто он вот-вот рассыплется без посторонней помощи, и  каждый был уверен, что долго он не протянет, он оставался живее всех живых.
И всякий раз, когда дело доходило почти до финала и оставался всего один удар, один жест, одна секунда, непременно случалось нечто абсурдное. Самая нелепая и неуместная случайность вмешивалась именно в тот миг, когда исход казался решённым.
Уже в первый год быстро разнёсся слух: от этого везучего ублюдка, выглядящего как живой труп, лучше бежать, чем пытаться сражаться. Даже если твой дар силён и соперников почти нет, всё равно обходи стороной. Потому что, возможно, ты и не погибнешь, но гарантированно окажешься участником позорной и бессмысленной цепочки событий, после которых будет долго «гореть».
Когда создали гильдии, Счастливчика никто не спрашивал, к какой он хочет примкнуть. По слухам, Зверь просто забрал его к себе: остальные главы от такого «счастья» отказались, а убить… ну, опять что-то помешало.
Говорят, именно тогда, на втором году, он начал постепенно «очеловечиваться».
Перестал нападать.
Перестал гудеть.
Перестал пытаться укусить каждого встречного.
Вместо этого мог часами неподвижно стоять и внимательно разглядывать прохожих — что, надо признать, тоже нервировало, просто уже иначе.
Со временем тех, кто помнил его безмозглым и беспощадным, становилось всё меньше. Прохожие по-прежнему шарахались от него на улицах, но появлялись и те, кто по наивности пытался отвести его к лекарю, «спасти».
К шестому году, после открытия третьего этажа, появились новые разговоры: мол, он хоть и немногословен, но вовсе не глуп; с ним можно говорить, и он не проявляет агрессии, разве что до ужаса прилипчив и совершенно не понимает чужих границ.
К десятому году слухи снова изменились.
Теперь о Счастливчике чаще говорят в Гильдии Авантюристов. Мол, есть у них специфический персонаж, который до сих пор жив исключительно по чистому недоразумению и, что ещё удивительнее, ушёл из Хаоса.
Чувство опасности ему будто незнакомо, инструкциям он не следует и вечно… импровизирует*.
(*Авантюристы используют куда менее литературные формулировки, но в печатной версии их принято заменять чем-то приличным, пусть и не слишком правдивым.)
В итоге среди Авантюристов Счастливчика считают одним из худших  и вполне заслуженно. Зато и расценки у него самые нищенские: для бедных и отчаявшихся.
Не добавляет популярности и штраф за уход из Гильдии Хаоса. Проще говоря, время от времени вокруг него появляются убийцы, решившие попытать счастье и выполнить контракт своего главы.
Счастливчик пока выживает.
А вот его случайные попутчики  не всегда.

Дар Башни Эха:
Дар: В последний момент

Магия этого дара действует постоянно и фоново, не требуя от Счастливчика ни осознания опасности, ни своевременной реакции.
И это, пожалуй, ещё одна его большая удача: иначе его давно бы убили те, кто специализируется на том, чтобы жертва оставалась в сладком неведении до самой последней секунды своей жизни.

По своей сути, дар работает просто и по-своему беспощадно:
Когда его жизни что-то угрожает, обязательно происходит что-то другое. Нелепое, случайное, неуместное стечение обстоятельств, которое, тем не менее, неизменно его спасает.

Если он истекает кровью, с оторванной рукой, то в этот момент машинально съедает растение, оказавшееся под носом — оно вдруг оказывается целебным.
Если падать — то на того, кто мягче.
Если удар — то в последний миг враг поскользнется, чихнет, его отвлекут более срочные проблемы...

Всё происходит в стиле “плохого автора”, который без зазрения совести зашивает сюжетные дыры роялями в кустах, даже не пытаясь придумать оправдание получше.

Предсмертное желание:
Быть среди них.
Не снаружи. Не за стеной.
Совсем рядом — так, чтобы больше ничего не мешало.